6 заметок с тегом

общество

Даёшь матчасть людям!

Это тот самый момент, когда на написание статьи не было времени, не было вдохновения и вообще работа шла тяжело... При этом, работа всё равно актуальна, даже спустя многие месяцы после первой части.

Соответственно:

Приведу цитату из заключения: Заключение: управление — информационный процесс

Общество можно условно представить как пирамиду, разделённую по качеству знания на три группы:

— «Толпа» — обладает фрагментарным, разрозненными знаниями, которые меняются под давлением обстоятельств, авторитетов, СМИ. Нет понимания связей. Большая группа, которая располагается в самом низу пирамиды.

  • «Элита» — имеет частичные знания в узкой области при общем непонимании происходящего. Малая группа в середине пирамиды.
  • «Хозяева системы» — имеют ценностные мировоззренческие знания. Очень малая часть людей на вершине пирамиды.

На конкретном процессе мы пояснили, что такое обобщённые средства управления (оружия) и что такое полная функция управления, из всего этого вытекает следующее распределение внутри каждой группы:

  • «Толпа» понимает только 6-5 уровни ОСУ, могут понимать 5 — 7 этапы ПФУ, без понимания их взаимосвязей,
  • «Элита» понимает не выше 2 (в большинстве случаев не больше 3-го), могут воспринимать все этапы ПФУ, но без понимания связей и взаимо-вложенностей с другими функциями управления (другими процессами),
  • «Хозяева системы» знают и понимаю высшие уровни ОСУ, на низшие уровни практически не обращают внимание, детально прорабатывают 1 — 3 этапы ПФУ для всеобъемлющих процессов управления социальными супер системами.

Информация протекающая с верху пирамиды вниз дробится, фрагментируется, премешивается, заменяется. В итоге люди, составляющие основную часть общества, не понимают, что происходит. В противовес этому те, кто понимают, активно пользуются таким положением для управления обществом в своих интересах.

Сегодня наступило время инноваций, они являются непременным условием развития системы...

Хотела бы поговорить об инновациях. Сегодня наступило время инноваций, они являются непременным условием развития системы, детерминантой этого развития, а также системы государственного управления. Современный управленец должен обладать целым рядом компетенций в сфере увеличения производительности своего труда, чтобы он мог отвечать не только за работу, которую выполняет, но и за всю отрасль. Какие инновации в сфере управления Вы считаете наиболее эффективными?

С.В.Лавров: Если бы я работал министром массовых коммуникаций и цифровой экономики (у нас теперь цифровизация является одним из главных приоритетов в деятельности нашего Правительства), я бы Вам на профессиональном языке изложил, как можно использовать цифровые технологии и прочие инновации в повышении качества государственного управления. Поскольку я управляю МИД России, могу сказать, что у нас цифровые технологии активно внедрены в работу. Мы активно функционируем в социальных сетях. Наши порталы пользуются большой популярностью. Конечно, мы участвуем в программе «электронное правительство», которое повсеместно у нас внедряется в общегосударственном масштабе.

Добавлю, что именно потому, что я занимаюсь дипломатической работой, вынужден говорить крамолу и заявить, что во внешнеполитической деятельности никакие технологии, а их, конечно, нужно внедрять в работу, не заменят живого, человеческого общения. Потому что можно, конечно, довести до совершенства мгновенный обмен информацией — направляешь запрос, тебе твои партнеры скидывают ответ на электронную почту, но это не заменит контакта, когда ты смотришь партнеру в глаза и понимаешь, что то, что ты от него слышишь — это на самом деле так, или же это зондаж и у него есть какая-то запасная позиция. Только в таком живом разговоре можно понять, где пределы твоих возможностей на этом конкретном внешнеполитическом направлении.

Поэтому, кратко, исходя из моей работы, профессии и должности: полный вперед всем передовым технологиям, но ни в коем случае не забываем о живом человеческом общении.

http://www.mid.ru/ru/press_service/minister_speeches/-/asset_publisher/7OvQR5KJWVmR/content/id/3236795

 14   2018   Лавров СВ   МИД   общество   цифровая экономика

Сергей Лавров: Доверие общества — это самая надёжная гарантия...

← Начало

Ощущаем поддержку наших граждан в том, что касается действий отечественной дипломатии. Это важнейшее подспорье в нашей работе. Доверие общества — это самая надёжная гарантия того, что никакие угрозы, шантаж, санкции, давление не заставят нас отказаться от того, что мы считаем правильным и справедливым. Тем более что для нас государственный суверенитет — это не роскошь, а необходимое условие существования государства.

Многовековая великая история, обеспеченное предками уникальное геостратегическое положение в совокупности с военно-политическим, экономическим, культурным потенциалом России исключают для нас роль некого периферийного государства, или, как предыдущий Президент США Б.Обама пытался нас описать, «региональной державы».

При этом, в отличие от некоторых наших коллег, мы никогда не использовали и не используем свои естественные преимущества в ущерб другим. Мы стояли у истоков формирования послевоенной международной архитектуры безопасности и действуем сегодня ответственно и предсказуемо, как подобает постоянному члену Совета Безопасности ООН. Наши действия опираются на центральную роль ООН, ценности правды и справедливости и направлены на продвижение такой повестки дня в международных делах, которая была бы объединяющей, а не повестки, выстроенной в русле «ведущий-ведомый».

Сегодня многие страны, если не большинство, в контактах говорят, что видят в России одного из ключевых гарантов стабильности, защитницу международного права, традиционных духовно-нравственных идеалов.

 12   2018   Б.Обама   Лавров СВ   общество   ООН   США

Число Данбара

Число Данбара — ограничение на количество постоянных социальных связей, которые человек может поддерживать.

Поддержание таких связей предполагает знание отличительных черт индивида, его характера, а также социального положения, что требует значительных интеллектуальных способностей. Лежит в диапазоне от 100 до 230, чаще всего считается равным 150.

Эти данные были проверены исследователем на 38 видах приматах.

Суть. Стадные приматы отличаются сложным общественным поведением — активно строят отношения с другими членами стаи, обычно с помощью груминга. Данбар заметил зависимость между уровнем развития новой коры больших полушарий головного мозга и размером стаи у приматов. На основании данных по 38 родам приматов он вывел математическую зависимость между развитием неокортекса и размером стаи, и, основываясь на оценке развития человеческого мозга, предложил оценку оптимального размера человеческого стада. Для проверки своей теории Данбар обратился к данным антропологии. Средние размеры деревень традиционных поселений колеблются в предположенных им пределах. Кроме того, размеры неолитических поселений составляют до 200 человек.

Как бывает со всеми «магическими числами», как только его обнаружили, оно начало всплывать повсюду: в численности племён первобытных охотников и собирателей, в размере древнеримских армейских подразделений, в численности современных компаний и даже в количестве людей, которым средний англичанин отправляет открытки к Рождеству. Более того, его начали активно использовать в разных областях: от проектирования социальных сетей до реорганизации налоговой службы Швеции.

Число Данбара не зависит от эпохи и культуры. На основе информации о размере сообществ в разных географических регионах и для разных эпох Данбар пришёл к заключению, что это число остаётся верным для людей разных культур, географических положений и эпох.

Устойчивые социальные отношения — это отношения, в которых известно, кем является каждый участник группы и как он относится к другим участникам группы. Вам это число кажется слишком маленьким?

 14   2018   культура   общество   социология

Гибель муравейника, как пример для человеческой цивилизации!

Стадия 1: Заражение

По своему общественному устройству муравьи — наиболее близкие к человеку существа на Земле. Каждое новое открытие в мирмекологии (науке о муравьях) лишь подтверждает это.

Перед нами здоровое гнездо рыжего лесного муравья (Formica rufa). Для данного вида характерен купольный муравейник, верхний слой которого состоит из десятисантиметрового слоя палочек, иголочек, сухих листьев, камешков. Гнездовой материал муравьи постоянно перемешивают, чтобы муравейник не начал гнить — это своего рода принудительная вентиляция. Высота нашего муравейника — 56 сантиметров, диаметр — 98 сантиметров. Купол имеет 11 отверстий. Примерная численность населения муравейника — около 10 тысяч особей. Под куполом расположены ободковые камеры, в которых хранятся яйца, личинки и куколки муравьев. Еще глубже — гнилой пень или крупные ветки. Под землей на глубине до 1,5 метра находятся сообщающиеся между собой камеры. В одной из них живет царица.

В муравейнике действует своя система наказаний. К примеру, если здоровый муравей-фуражер несколько раз подряд возвращается в муравейник ни с чем, его «казнят» — убивают и самого пускают на фураж. Любопытно, что совершенно по-другому поступают муравьи с теми, кто потерял трудоспособность в результате увечья. Их кормят до тех пор, пока те в состоянии просить еду, то есть постукивать усиками по определенным участкам головы здорового муравья.

Муравьи — активные хищники, но вместе с тем они держат и «домашний скот». В его роли выступает тля, причем поедают муравьи не только ее саму, но и ее выделения. Это не является формой паразитизма, поскольку без муравьиной заботы тля погибает гораздо раньше от других хищников. Муравьи пасут тлей на близрастущих растениях, оберегают их. И по первому требованию тля выделяет им излишки нектара. Чтобы «выдоить» тлю, муравей щекочет усиками ее брюшко.

Без пагубного воздействия извне муравейник может жить вечно. Но иногда на муравейник садится маленький жучок светло-коричневого цвета — ламихуза. Жучок проникает в ободковую камеру, где хранится муравьиное потомство, и откладывает туда яйца. На все попытки обитателей гнезда разобраться с чужаком он отвечает тем, что выделяет особое вещество, которое муравьи тут же слизывают и впадают в состояние эйфории. Под воздействием этого вещества они просто отходят в сторону и на время затихают.

Так начинается гибель муравейника.

Стадия 2: Облик врага

Ломихуза — «жук-драгдилер», которым оказался поражен наш муравейник, — насекомое из группы мирмекофилов. Всего насчитывается 266 видов мирмекофилов — насекомых и других беспозвоночных, обитающих вместе с муравьями. Среди них много паразитов. Наблюдая процесс передачи пищи между муравьями, можно увидеть, например, такую картину: снизу к муравью прицепился один мирмекофил, сверху другой, и оба успевают урвать свою долю. Воистину: один с сошкой — семеро с ложкой. Но представители этой группы нахлебников либо вступают во взаимовыгодные отношения (симбиоз), либо наносят урон, не ведущий к гибели всего гнезда. Все, кроме ломихузы.

У ломихузы точно такой же процесс развития потомства, как и у муравья: яйцо — личинка — куколка — взрослое насекомое. Самка «жука-драгдилера» откладывает 100-200 яиц прямо рядом с муравьиными — они абсолютно ничем не отличаются. Когда вылупляется личинка ломихузы, становится заметно одно отличие — ее брюшко вогнуто. Но на этой стадии она уже умеет просить еду и начинает выделять наркотик, поэтому муравьи теперь хоть и распознают чужака, но начинают заботиться о личинке ломихузы как о собственном потомстве. Взрослые жуки живут здесь же, в муравейнике. Они будут жить тут до тех пор, пока муравейник в состоянии их кормить, оттягивая на себя все больше его ресурсов. Но пока этот процесс происходит под куполом и скрыт от глаз наблюдателя. Отличить пораженный ломихузой муравейник от здорового на этой стадии можно лишь в солнечную погоду, когда все обитатели гнезда выползают на поверхность купола погреться. Но уже через несколько минут муравьи затаскивают ломихуз обратно под купол. Они еще думают, что командуют муравейником.

Стадия 3: Новая болезнь

До сих пор болезнь нашего муравейника развивалась в скрытой форме. Ее мог разглядеть лишь специалист-мирмеколог. В подкупольной камере вместе со своим потомством муравьи взращивали личинки ломехуз — свою будущую погибель. Они распознавали в них чужаков, но противостоять им не могли: личинки выделяют наркотическое вещество, противостоять которому муравьи не в силах.

Ломехуза в действии: опьянённые муравьи и не подозревают о скорой гибели своего рода

Но теперь даже неспециалисту, если он приглядится к куполу муравейника, становится ясно, что с гнездом творится что-то неладное. По сравнению с другими муравейниками его жизнь как будто заторможена. Муравьи здесь гораздо менее активны, зона патрулирования гнезда сузилась, да и там, где еще работают фуражеры, можно увидеть такую картину: муравей пытается что-то тащить, но потом бросает свою работу и просто слоняется без дела. Тусуется.

Первое, что приходит в голову, — они все уже под кайфом. Но это не так. Те, кто пребывает под действием вещества, выделяемого ломехузой, как правило, сидят внутри муравейника. Заторможенные особи, которых мы наблюдаем на поверхности, — это уже новое поколение муравьев. По аналогии с людьми их можно назвать муравьями-даунами.

На языке науки они называются псевдоэргатами. По основному плану строения это все еще рабочие особи, однако грудная часть у них по сравнению со здоровой особью немного увеличена. Поэтому внешне они представляют собой нечто среднее между рабочими особями и самками. На деле же псевдоэргаты не в состоянии ни откладывать яйца, ни спариваться с самцами. Не могут они и полноценно выполнять функции рабочего муравья.

Псевдоэргаты еще пытаются делать какую-то работу, поскольку в гнезде еще достаточно активных муравьев, которые заставляют их работать, но делают они это из рук вон плохо. Впрочем, среди активных муравьев все больше особей подсаживается на вещество, выделяемое жуком-«драгдилером», так что принуждение с их стороны все слабее. При этом едят асоциальные муравьи наравне со всеми. Таким образом, баланс расходной и доходной статей бюджета нашего муравейника нарушается, муравьям начинает недоставать фуража, чтобы прокормить всех — и царицу, и ломехуз, и псевдоэргатов, и здоровых муравьев, число которых все стремительнее уменьшается.

Стадия 4: Внешнее вмешательство

Ломехуз и псевдоэргатов становится в муравейнике все больше. А значит, все больше нахлебников и все меньше корма. Еще немного, и процесс деградации станет необратимым.

Будь муравейник более многочисленным, процесс мог бы растянуться на долгие годы: жуки-«драгдилеры» плодятся медленнее муравьев, они просто не поспевали бы за приростом населения, поражая лишь некоторые сектора гнезда. Но наш муравейник невелик, поэтому спасти его может лишь внешнее вмешательство — чистка.

Ломехуз узнать легко — они сильно отличаются от муравьев размерами (раза в 2-3 меньше) и окраской (ярко-коричневого цвета). Труднее с псевдоэргатами — от здоровых муравьев они почти не отличаются. Но зато их выдает поведение. Здоровые особи сразу начинают выполнять свои функции: фуражиры собирают разбросанный по полиэтилену строительный материал, гнездовые муравьи проявляют беспокойство о личинках и яйцах, муравьи-охранники кусают обидчика. Лишь псевдоэргаты слоняются без дела.

Вся процедура чистки заняла у нас чуть больше часа. Мертвые ломехузы и псевдоэргаты поместились в один граненый стакан — часть из них мы препарировали для научных целей. Во время чистки нам попалась одна самка-царица, но даже если бы все они остались в зараженном гнезде, можно было не беспокоиться: как раз в августе у муравьев происходит роение — брачный период. В гнезде появляются крылатые самки и самцы, они активно спариваются в воздухе и недостатка в оплодотворенных самках нет. Теперь осталось лишь найти место для уцелевшего муравейника.

А тем, кто остался в пораженном ломехузами гнезде, уже никто не поможет.

Стадия 5: Жизнь после смерти

Предыдущие стадии опыта показали, что муравейник, пораженный ломехузами (жуками-драгдилерами, паразитирующими при помощи выделяемого ими наркотического вещества), неизбежно гибнет. Единственный шанс на спасение — прибегнуть к принудительной чистке, удалив вручную ломехуз и безнадежно больных муравьев (псевдоэргатов). К сожалению, наш муравейник оказался поражен эпидемией наркомании уже настолько, что удалось спасти лишь часть гнезда. Спасенные особи находятся сейчас у нас в ведре, плотно закрытом крышкой.

Наконец мы нашли идеальное место — в ельнике, рядом с небольшим гнилым пнем. Аккуратно высыпаем содержимое ведра, и муравьи моментально начинают обустраиваться на новом месте. Царица и гнездовые муравьи роют в земле норы, другие особи укладывают в них личинки и яйца, третьи собирают высыпанный из гнезда гнездовой материал, четвертые — начинают патрулировать местность. Земля, извлеченная при строительстве нор, тут же идет на возведение вала вокруг будущего гнезда — это сходство с человеческими городами свойственно всем поселениям рыжих лесных муравьев. Чтобы ускорить строительство, можно набросать вокруг окружного вала листьев, веточек, опилок — муравьи их тут же подхватывают и употребляют в дело.

Спустя две недели на месте первого муравейника мы обнаружили холмик, который уже начал зарастать травой. Муравьев здесь больше нет, гнездовой материал перебирать некому, купол перестал проветриваться и начал гнить.

А на новом месте купол вырос еще на 5 сантиметров. Этому гнезду больше не страшны жуки-драгдилеры. Наукой о муравьях -мирмекологией давно установлен интересный факт: очищенный от ломехуз муравейник обретает иммунитет против их наркотического вещества. Почему — ученые не знают, но это так.

Дмитрий СОКОЛОВ-МИТРИЧ, Татьяна ПУТЯТИНА (аспирант биофака МГУ), Воронежская область, село Рождественская Хава.

https://vk.com/wall-33110980_41628

 26   2018   животные   наркотики   общество

«Наши умы можно похитить». Почему создатели соцсетей уходят в офлайн

Джастин Розенштейн заблокировал на своем ноутбуке reddit, удалился из cнэпчата, который он сравнивает с героином, и установил себе лимиты на использование фейсбука. В августе 34-летний топ-менеджер IT-компании купил новый айфон и попросил ассистента активировать на нем опцию родительского контроля, которая не дает владельцу устанавливать на телефон приложения. Он строго следит за своими лайками, которые описывает как «яркие вспышки псевдоудовольствия», настолько же пустые, насколько аддиктивные.

Розенштейн знает, о чем говорит, — ведь это он изобрел лайк.

Десять лет назад молодой разработчик Facebook засиделся до ночи, создавая прототип кнопки, которую про себя называл «кнопкой классности». Сегодня он принадлежит к небольшому, но быстро растущему сообществу еретиков Кремниевой долины, которые жалуются на подъем «экономики внимания» — явления, когда интернет формируется исходя из потребностей рекламной индустрии.

Среди единомышленников Розенштейна — несколько руководителей высшего звена, в основном это дизайнеры, разработчики, проджект-менеджеры и другие специалисты, по кирпичикам строившие цифровой мир, который они же сейчас стремятся разрушить. «Люди постоянно создают что-то из лучших побуждений, а потом оказывается, что они сотворили монстра», — говорит Розенштейн. Он ушел из Facebook и Google, сейчас его небольшая компания занимается повышением продуктивности офисных работников. Главным предметом беспокойства для автора лайка стало психологическое воздействие технологий на людей, которые свайпают и тапают по экранам своих телефонам в среднем 2617 раз в день. Помимо собственно привыкания, технологии вызывают состояние, которое получило название «продолжительное частичное внимание». Это явление резко снижает способность к сосредоточению и ухудшает когнитивные функции.

Как показало одно недавнее исследование, смартфон, находящийся поблизости, отупляет владельца даже в выключенном состоянии.

В 2007 году Розенштейн принадлежал к маленькой группе людей, которые решили добавить в фейсбук позитива, дав людям возможность ставить лайки. Эта функция изменила всё. Охваты соцсети выросли многократно, компания получила простой механизм сбора данных о предпочтениях пользователей для продажи рекламодателям, ее инновацию скопировали все остальные.

Противники лайка отправляют своих детей в элитные школы Кремниевой долины, в которых запрещены смартфоны, планшеты и ноутбуки. Нужны еще примеры? Стив Джобс в 2010-м рассказал, что его дети никогда не пользовались айпадом. Крис Андерсон, бывший главред Wired и основатель компании по производству дронов, наложил строгие ограничения на использование всех гаджетов в доме, потому что «среди первых столкнулся с опасностью технологий». Ни одному из его пятерых детей не разрешалось пользоваться устройствами с экраном в своей комнате. Эван Уильямс, основатель Twitter, Medium и Blogger, сотнями покупал своим сыновьям книги, но отказался давать им планшет.

Журналист The New York Times сравнил принципы этих технократов с кредо успешного наркодилера: никогда не подсаживайся на собственную дурь.

39-летний Нир Эяль — автор книги «На крючке. Как разрабатывать продукты, создающие привыкание». Программисты, дизайнеры и предприниматели в сфере IT платят по 1700 долларов за курс Habit Summit, на котором он учит манипулировать потребителями так, чтобы они как можно больше времени взаимодействовали с вашим сайтом или приложением.

Он утверждает, что технологии стали для пользователей если не наркотиком, то по меньшей мере одержимостью. Клик по уведомлению стал рефлексом. Зайдя в соцсеть или на ютуб на несколько минут, человек незаметно для себя проводит час, скролля и кликая. Здесь нет случайности, все происходит потому, что именно так задумали разработчики и дизайнеры. Эяль объясняет, как строится система поощрений (варьирование наград ради того, чтобы создать желание) и эксплуатируются негативные эмоции (построение триггеров).

Тристан Харрис считает, что нет. 33-летний экс-сотрудник Google, прошедший курс реабилитации от цифровой зависимости, заслужил от журналистов титул «совесть Кремниевой долины» за свои публичные выступления против индустрии.

«Мы все воткнуты в эту сеть, и она может похитить наши умы. Мы думаем, что каждый раз делаем свободный выбор, но это не так», — заявляет Харрис. Миллиарды людей, использующих информационные технологии, лишены выбора и знания — они не могут отказаться от телефонов и компьютеров, и никто не рассказывает им о тех хитростях, с помощью которых горстка жителей Кремниевой долины направляет течение их жизней.

В Стэнфорде научным руководителем Харриса был Би Джей Фогг, психолог-бихевиорист, мастер «убеждающего дизайна». Многие его студенты, включая Нира Эяля, стали востребованными и высокооплачиваемыми специалистами в IT-компаниях. Харрис стал отступником и правдоискателем.

«Я не знаю более важной проблемы, требующей срочного вмешательства, чем эта, — говорит он. — Она меняет демократию, меняет нашу способность общаться, меняет наши отношения». Прежде чем забить тревогу публично, Харрис три года пытался изменить систему изнутри, сидя в штаб-квартире Google.

Эти функции не всегда универсальны, они могут адаптироваться под конкретного пользователя. К примеру, утекший в Сеть внутренний отчет Facebook показал, что компания может определять, когда тинейджеры чувствуют себя «незащищенными», «никчемными» и «нуждаются в повышении самооценки».

Иными словами, они знают, какие кнопки нажимать в душе человека. И эти знания и умения продаются тому, что заплатит больше.

Пример аддиктивного дизайна от сотрудника Facebook: когда разрабатывали уведомления (о новых лайках, комментариях, добавлении в друзья), их сделали синими, в стилистике соцсети, скромными и ненавязчивыми. Но на них никто не кликал. Тогда их сделали красными, и — вуаля! — кликают все.

Этот же принцип лежит в основе механизма обновления контента pull-to-refresh («потяните, чтобы обновить») — каждый раз, пока загружается контент, мозгу кажется, что это крутится барабан игрового автомата.

Механизм pull-to-refresh, впервые примененный в твиттере, придумал Лорен Бричтер для своего стартапа, твиттер-клиента Tweetie, — потому что ему просто некуда было поместить кнопку «Обновить». Сейчас ему 32, он не отрицает сходство своего изобретения со слот-машиной, но заверяет, что не планировал такого эффекта: «У меня двое детей, и я сожалею о каждой минуте, которую не уделил им из-за того, что меня засосал смартфон».

Лорен говорит, что многие годы думал о том, принес ли человечеству пользу своей работой. Он ограничил свое онлайн-общение перепиской в телеграме с женой и двумя друзьями, отключил все пуши, заблокировал несколько сайтов, но из твиттера уйти так и не смог: «Я все еще трачу время на чтение глупых новостей, о которых уже слышал». Он всегда заряжает свой смартфон на кухне, подключает к розетке в 7 вечера и не прикасается к нему до утра.

33-летний Крис Марселлино — соавтор патента Apple на технологию мгновенных сообщений, выводящихся на экран в реальном времени. Он работал в команде, отвечающей за ПО для iPhone, и специально, по его словам, ни к какой аддиктивности не стремился — разработчиков вдохновляли исключительно позитивные перспективы: дать возможность людям общаться, быстро узнавать важные новости, экономить на звонках. Сейчас он заканчивает обучение на нейрохирурга, которое дает ему возможность утверждать: технологии активируют те же цепочки нейронов, что и другие человеческие желания — найти еду, тепло, секс или наркотики. Принцип дофаминового вознаграждения работает во всех случаях.

«Но стремление удержать внимание людей на своем продукте — это не зло по определению, — добавляет Марселлино. — Это капитализм».

Бизнесмен тщательно подбирает слова: «Google и Facebook руководят хорошие люди, чьи добрые намерения привели к ужасным непреднамеренным последствиям. Проблема заключается в том, что компании ничего не могут сделать с вредом, который они приносят, если они не откажутся от текущих рекламных моделей».

Но как заставить корпорации отказаться от рекламных моделей, которые сделали их самыми прибыльными предприятиями мира? Макнейми видит выход в усилении государственного регулирования, в том числе и в части антимонопольного законодательства.

Розенштейн считает, что к интернет-компаниям должны применяться законы, основанные на моральном императиве, — аналогичные тем, которые ограничивают действия топливно-энергетических и табачных компаний: «Если мы будем думать только о максимизации прибыли, то быстро скатимся к антиутопии».

«Экономика внимания ставит наши импульсы превыше наших намерений», — утверждает ученый. А это значит, что сенсационному отдается приоритет перед глубоким и детальным, всем рулят эмоции.

Журналистика всё чаще служит интересам не общества, а технологических компаний. Чтобы выжить в эпоху постоянно урезающихся охватов, медиа нужно высасывать из пальца сенсации, продуцировать кликбейт и делать аттракцион из любого контента.

Проблема фейковых новостей и манипулирования голосами избирателей существует не на уровне кучки злых дядь с ботами: сама экономика внимания выносит на гребень волны таких персонажей, как Дональд Трамп, которые мастерски играют с эмоциями сторонников и противников, оборачивая себе на пользу гнев и создавая протест. Уильямс начинал писать свою диссертацию еще до событий 2016 года, когда мир потрясли Брекзит и проигрыш Хиллари Клинтон, но когда они случились, он констатировал: то, что раньше выглядело как отдаленный настораживающий тренд, стало манифестом новой политической реальности.

Технологии не только вредят нашей сосредоточенности и влияют на политику — они делают нас менее рациональными и более импульсивными, считает Уильямс.

Мы живем с подорванной волей, в состоянии постоянного когнитивного отвращения.

Если демократия — это воля народа, а наша воля всё чаще не принадлежит нам, способны ли мы распознать тот момент, когда демократия умрет? А если не способны — откуда мы знаем, что этого еще не случилось?

http://surfingbird.ru/surf/nashi-umy-mozhno-pohitit-pochemu-sozdateli--4too73E53

 6   2018   3 приоритет   корпорации   общество   СоцСети