О властных группировках

Источник: aurora.network

Представим себе, что десять человек собрались и вместе начали какой-нибудь проект. Все они хорошо знакомы друг с другом, и граф их коммуникаций представляет собой схему «каждый с каждым»:

Что произойдет, если в этой схеме коммуникаций участник 6 поссорится с участником 1 и перестанет с ним разговаривать? Да почти ничего: «шестой» сможет получить информацию о проекте и другие ресурсы от оставшихся восьми участников. Роль единичной связи в подобной схеме незначительна, и угроза «опалы» от участника 1 ничего не значит для «шестого».

А теперь представим себе, что десять участников проекта между собой не знакомы, и были наняты в него по схеме «вассал моего вассала — не мой вассал».

В этом случае участник 1 — единственный человек, от которого «шестой» может получить информацию о проекте в целом и необходимые ресурсы (например, опционы, если речь идет о стартапе). Опала с его стороны мгновенно приводит «шестого» к расставанию с проектом. При этом отношения между «первым» и «шестым» асимметричны: после разрыва отношений у «первого» остается еще семь партнеров, а «шестой» оказывается всего с одним. Вот почему линия, связывающая этих двух участников, направлена: кто здесь сюзерен, а кто вассал, сразу понятно из схемы. За кем останется больше людей — тот и сюзерен. В случае конфликта или предательства вассал теряет больше, а следовательно, мотивирован подчиняться сюзерену.

Наверняка вы тысячи раз слышали фразу «разделяй и властвуй». Но понимали ли вы, что она означает? А вот это самое и означает: если вы хотите, чтобы вам подчинялись, ограничивайте коммуникации! Если вся информация о проекте — в том числе и фамилии участников — есть только у вас, у ваших партнеров нет другого выхода, кроме как подчиняться. Иначе они потеряют больше, чем вы.

И вот тут нужно сразу же сделать одно этическое замечание. Разумеется, передача информации и других ресурсов по схеме «все через меня» менее эффективна, чем их динамическое распределение «как лучше для дела». Разумеется, если вы хотите добиться «товарных» результатов — законченной программы, построенного дома, выращенного урожая, — лучше будет организовать коммуникацию по первой схеме. Но надо отдавать себе отчет в том, что в этом случае Власть над проектом будет уже не в Ваших руках! Поэтому если Вы хотите Власти — а если ее не захотите Вы, можете быть уверены, ее захочет кто-то другой, — то действовать нужно по схеме 2: ограничивать коммуникации. Хотите быстрого результата, награда за который достанется другому? Отлично, действуйте по схеме 1! Хотите сами получить все плюшки, пусть даже результат будет так себе? Действуйте по схеме 2!

Как видите, тайна Власти очень проста:

поставьте человека в подчиненное положение, и он будет — никуда не денется! — вам подчиняться. Разумеется, при этом необходимо постоянно следить, чтобы положение вашего вассала оставалось действительно подчиненным:

Что если вассалы некоего сюзерена (на схеме он имеет номер 2) начали устанавливать дополнительную связь между собой, и информация, не предназначавшаяся для «третьего», попала к нему от «четвертого»? Правильной реакцией сюзерена будет мгновенная опала «четвертого»: коль скоро он предпочитает работать с третьим, то пусть с ним и работает — но вассалом следующего, нижнего уровня! Казалось бы, такое действие нелогично — вы ведь теряете одного из вассалов? Но на самом деле, вы его уже потеряли, и продолжать ему доверять значит подрывать собственную власть (того и гляди, третий подговорит еще и пятого, а потом сам выйдет на первого)!

Как видите, иерархическая структура связей позволяет сюзеренам весьма жестко контролировать поведение вассалов, и добиваться от них куда большей дисциплины, чем более привычные нам «сетевые» структуры (с большим числом «горизонтальных» связей). Благодаря этому властные группировки и получают преимущество перед менее организованным большинством:

Отношения Власти могут существовать в организации и одновременно с отношениями всеобщей любви и дружбы. Представим себе совершенно демократическое голосование по какому-нибудь вопросу, например, кого выбрать начальником. Мнения несистемных участников как правило разделяются (вон как сейчас в США), между тем группировка будет голосовать как скажет ее сюзерен. В результате группировка оказывается способной заблокировать решение даже при условии расклада остальных голосов как 5:2 не в свою пользу, а при раскладе 4:3 — уверенно выиграть голосование. Ну а насколько велико будет преимущество группировки при более закулисных способах принятия решений — объяснять, я думаю, не надо.

Таким образом, одно простое и довольно очевидное допущение — что иерархическая структура делает участников более зависимыми от вышестоящих, чем сетевая, — сразу же дает нам интуитивное понимание Власти, совпадающее с пониманием у ее настоящих профессионалов (таких как шах Хосров). Все, что мы хотим, но боимся узнать о Власти, — здесь, на этой картинке. Здесь ответ на вопрос, почему во Власти важнее верные, чем умные; здесь же ответ на вопрос, почему большинство — в котором каждый обладает свободой — всегда уступает меньшинству, где вассалы полностью зависят от сюзеренов.

Из этой же схемы становится понятным, почему само существование Власти может оставаться в тайне: люди, входящие во властные группировки, точно так же поддерживают обычные «горизонтальные» отношения, как и все прочие. «У меня есть друзья с самого верха, они такие же люди, как мы с вами» — так звучит одно из самых распространенных возражений на нашу теорию Власти. Разумеется, люди они — точно такие же. Но при этом у них есть сюзерен, они ему подчиняются, действуют в интересах своей группировки и не говорят о ней (как о «бойцовском клубе») при посторонних. В «Лестнице» много раз повторяется мысль, что властные группировки тщательно скрывают свою структуру и личный состав не только от посторонних, но даже от собственных участников: вассал может не знать даже других вассалов своего сюзерена, не говоря уже о соседних ветвях иерархии. Почему так происходит, мы уже видели на схеме: сюзерену не нужны «горизонтальные» связи, они размывают его власть.

Еще хуже, если о группировке узнают обычные люди. Можно голосовать «сердцем», по собственному представлению о предмете, когда предполагаешь, что и остальные голосуют так же. Но если ты точно знаешь, что среди голосующих есть те, кто сговорились — появляется мотив сговориться против. В случае огласки группировке будет сложнее продвигать свои решения, поэтому она заинтересована хранить свое существование в тайне. Так что нет ничего удивительного, если читатель никогда не сталкивался с такими группировками: именно этого они и добиваются!

Теперь, когда мы имеем перед глазами простейшую модель Власти, мы можем понять и происходждение «железного закона олигархии». Представим себе, что «хорошие» люди узнали о существовании властной группировки и выгнали из своего коллектива всех «плохих», заменив их новичками.

Что произойдет, если в такой организации случайно (а случайности рано или поздно случаются) возникнет первая связь типа вассал-сюзерен? Исходя принятых нами принципов, такая прото-группировка из двух человек получит пусть незначительное, но преимущество при дележе ресурсов в организации — все остальные будут голосовать исходя из интересов дела, а эти двое — исходя из своих политических интересов. Голоса «по делу» часто разделяются поровну, так что рано или поздно голос группировки окажется решающим. Так, по чуть-чуть, группировка получит возможность привлечь (например, обещанием должности или бюджета) третьего участника. В результате организация вернется к исходной ситуации: она снова будет контролироваться «плохими» людьми, думающими не о деле, а о Власти.

Как видите, достаточно всего двух базовых правил — «иерархия рождает власть» и «организованное меньшинство имеет преимущество перед неорганизованным большинством» — чтобы логически вывести тот факт, с которым мы эмпирически сталиваемся всю человеческую историю. Какими бы ни были «законы» или «обычаи» того или иного сообщества (политической партии, если речь заходит о «железном законе олигархии», или свободной Википедии), его эволюция неизбежно будет приводить к возникновению властной группировки, захватывающей над ним полный контроль. Причем в силу иерархичности структуры Власти во главе этой группировки должен оказаться единственный человек — верховный сюзерен. Такова самая простая, и чаще всего встречающаяся модель эволюции организаций.

Разумеется, существуют и более сложные модели устройства Власти, в частности, олигархия; но чтобы их рассмотреть, это краткое выступление придется превратить в целый лекционный курс. Поэтому ограничимся самой простой моделью и спросим себя: а как теперь, зная о том, что «железный закон олигархии» действительно работает, и о том, почему он работает, мы должны относиться к политическим теориям и практикам, не учитывающим это обстоятельство?

Посмотрите сами: кого на этой схеме имеет смысл убеждать с помощью «политической теории» или «идеологии»? Участников властной группировки? Нет — они и так связаны жесткой иерархией, и будут делать что скажет сюзерен. Убеждать надо остальных — чтобы голосовали/действовали так, как нужно властной группировке. Той, которая уже контролирует организацию — или той, которая собирается прийти к ней на смену. Но в любом случае — все эти идеологии работают не на нас с вами, не на проект, а на властные группировки, поддерживая и укрепляя их власть.

Поделиться
Отправить
Запинить
Популярное